Розенкрейцеры, ихъ ученіе и задачи. (Окончаніе)

(Начало статьи въ пр. № – читать тутъ)

На основаніи документальныхъ данныхъ возникновеніе Масонства въ Россіи принято относить къ 1731 г., когда великимъ провинціальнымъ мастеромъ былъ капитанъ Джонъ Филлипсъ. Однако, по словамъ И. П. Елагина, до 1770 г. русское масонство не носило еще серьезнаго характера: «обращали вниманіе на обрядовую сторону, слегка благотворили, занимались пустыми спорами, оканчивавшимися иногда празднествами Вакха». Это конечно не могло удовлетворять людей, искавшихъ въ масонствѣ пути къ самосовершенствованію, проникнутыхъ религіозными стремленіями и филантропическими идеями. Существовала, правда, ложа барона Рейхеля (циннендорфской системы), ставившая на первомъ планѣ самопознаніе и возвышеніе нравственности, но самъ Рейхель не признавалъ себя уполномоченнымъ на посвященіе въ высшія степени и рекомендовалъ поэтому братьямъ завязать сношеніе съ иностранными ложами. Обращаться къ Лондонской ложѣ, родоначальницѣ русскаго масонства, придерживавшагося на первыхъ порахъ Англійской системы, братья не хотѣли, такъ какъ эта ложа не давала никакихъ письменныхъ наставленій для совершенствованія въ масонскихъ работахъ. Рѣшено было поэтому завязать сношенія съ Стокгольмской ложей, что и поручили сдѣлать князю А. Б. Куракину. Въ 1776 г. Главный Шведскій Капитулъ посвятилъ кн. Куракина и его спутника, князя Н. С. Гагарина въ высшія степени шведской системы съ правомъ организовать ложи въ Россіи. Но и эта система имѣла свои отрицательныя стороны: отличалась блестящей обрядностью, формами, украшеніями и стремилась вдобавокъ къ возстановленію ордена Тампліеровъ. Такимъ образомъ, ни одна изъ трехъ отраслей русскаго масонства не могла удовлетворить людей искреннихъ, желавшихъ цѣликомъ отдаться новому ученію и найти въ немъ душевное успокоеніе. Чувствовалась необходимость въ человѣкѣ, способномъ объединить всѣхъ братьевъ, указать имъ истинныя цѣли ихъ стремленій и трудовъ. И братьямъ посчастливилось въ этомъ отношеніи, такой человѣкъ дѣйствительно нашелся въ лицѣ Ивана Григорьевича Шварца (1751 — 1784). Уроженецъ Трансильваніи, Шварцъ съ юношескихъ лѣтъ готовился къ научно – просвѣтительной дѣятельности. Изданія Новикова, широко, расходившіяся по Европѣ, внушили Шварцу интересъ и любовь кь Россіи. Въ 1776 году судьба сталкиваетъ его за границей сь княземъ Гагаринымъ, и, по рекомендаціи послѣдняго, Шварцъ ѣдетъ въ Могилевъ на мѣсто воспитателя къ родственнику князя, М. Рахманову. Принятый, при посредствѣ В. И. Майкова, княземъ Трубецкимъ въ его ложу, Шварцъ учреждаетъ самостоятельно ложу въ Могилевѣ и вскорѣ, по ея порученію, ѣдетъ къ братьямъ въ Митаву, гдѣ награждается 5-ой степенью системы германскаго строгаго наблюденія и избирается мастеромъ стула Митавской ложи. Въ 1779 году, послѣ смерти Рахманова, Шварцъ ѣдетъ въ Москву, гдѣ, благодаря вліянію М. М. Хераскова, второго куратора Московскаго Университета, получаетъ мѣсто лектора нѣмецкаго языка. Три года пребыванія въ Россіи дали Шварцу возможность вполнѣ ознакомиться съ ея состояніемъ и въ совершенствѣ овладѣть русскимъ языкомъ. Съ первыхъ-же дней своего пріѣзда Шварцъ привлекаетъ къ себѣ всеобщія симпатіи своею неутомимой и самоотверженной дѣятельностью на пользу русскаго просвѣщенія. Въ рядѣ чтеній, рѣчами на торжественныхъ университетскихъ актахъ, въ конференціяхъ, лекціями и частными разговорами онъ убѣждаетъ всѣхъ въ необходимости измѣненія способовъ воспитанія и обученія, стремится заинтересовать общество въ изданіи полезныхъ книгъ, привлекаетъ отдѣльныхъ лицъ къ участію въ совмѣстной работѣ и противодѣйствуетъ невѣжественнымъ иностраннымъ проходимцамъ. Какое неотразимое впечатлѣніе производили на всѣхъ искреннія юношескія стремленія Шварца, его стихійная энергія и самоотверженные порывы, видно изъ слѣдующихъ словъ Новикова: «однажды пришелъ ко-мнѣ нѣмчикъ, съ которымъ я, поговоря, сдѣлался всю жизнь, до самой его смерти, неразлучнымъ».

Для осуществленія намѣчавшихся имъ задачъ просвѣтительной дѣятельности, Шварцъ образуетъ въ Москвѣ, въ копцѣ 1780 г., особую ложу, объединяющую въ себѣ братьевъ всѣхъ направленій. Въ составъ этой «Сціентифической ложи Гармоніи» входятъ «братья внутренняго ордена»: самъ Шварцъ, Новиковъ, князь Н. Трубецкой, М. М. Херасковъ, князь А. А. Черкасскій, И. П. Тургеневъ, князь Энгалычевъ, А. А. Кутузовъ, и, впослѣдствіи, П. А. Татищевъ. Ложа эта придерживалась только коренныхъ догматовъ масонства, общихъ всѣмъ системамъ, оставляла въ сторонѣ второстепенныя детали и стремилась къ сліянію всѣхъ существовавшихъ въ Россіи масонскихъ кружковъ въ одинъ, правильно организованный союзъ, для общенія съ европейскимъ масонствомъ, въ качествѣ полноправнаго члена. Существованіе ложи по необходимости облекалось тайной, формальныхъ собраній не происходило, а на совѣщаніяхъ предсѣдательствовали Татищевъ и Новиковъ. При содѣйствіи того-же Шварца, возникають въ Москвѣ «Собраніе Университетскихъ питомцевъ» и «Дружеское Ученое Общество», на первыхъ порахъ неоффиціально проявляющее свою дѣятельность. Весною 1781 г. Шварцъ, по порученію «Гармоній», отправляется за границу, гдѣ знакомится съ знаменитымъ Вельнеромъ, получаетъ отъ него посвященіе въ Розенкрейцеры и полномочіе основать въ Москвѣ орденъ «Злато-розоваго креста» для избранныхъ братьевъ.Тотъ-же Вельнеръ открываетъ Шварцу доступъ къ герцогу Фердинанду Брауншвейгскому, главному Начальнику старо-шотландскихъ ложъ Европы. Герцогъ даетъ ему указаніе для предварительной организаціи главнаго управленія русскимъ масонствомъ, осуществленной впослѣдствiи въ слѣдующемъ составѣ:

I. Капитулъ:

  1. провинцiальный великiй мастеръ (ваканція; это мѣсто предполагалось для Великаго Князя Павла Петровича),
  2. пріоръ — П. А. Татищевъ,
  3. деканъ — кн. Ю. Н. Трубецкой,
  4. генеральный визитаторъ — кн. Н. Н. Трубецкой,
  5. казначей — Новиковъ,
  6. канцлеръ — Шварцъ,
  7. генеральный прокураторъ — кн. А. А. Черкасскій.

II. Директорiя, для исправленiя текущихъ дѣлъ:

  1. президентъ — Новиковъ,
  2. члены: В. В. Чулковъ, И. П. Тургеневъ, А. Шнейдеръ, Ө. П. Ключаревъ и Г. П. Крупенниковъ.

За границей-же Шварцъ завязываетъ сношенія съ Лейпцигомъ и другими научными центрами Германіи, содѣйствуя этимъ широкому распространенію изданій Новикова.

По возвращеніи Шварца въ Москву, «Дружеское общество» открывается оффиціально, и дѣятельность его сильно оживляется, — помимо изданія и распространенія книгъ, Общество на свой счетъ воспитываетъ до 50 студентовъ въ основанной имъ т. н. «Переводческой симинаріи», открываетъ 2 типографіи и больницу для бѣдныхъ. Увеличивающаяся популярность Шварца пріобрѣтаетъ ему завистливыхъ враговъ и заставляетъ выйти изъ Университета. Освободившись отъ обязательныхъ занятій, Шварцъ всецѣло посвящаетъ себя пропагандѣ Розенкрейцерства. При его содѣйствіи С. И. Гамалѣя, И. В. Лопухинъ, И. П. Тургеневъ, В. В. Чулковъ, А. И. Новиковъ, А. М. Кутузовъ, И. Н. Трубецкой, Ю. Н. Трубецкой. Н. И. Новиковъ, кн. А. А. Черкасскій, кн. Энгалычевъ, М. М. Херасковъ, докторъ Френкель и купецъ Туссень, принимаются Берлинскимъ розенкрейцеровскимъ капитуломъ въ число своихъ братьевъ. При двухъ существовавшихъ типографіяхъ основывается третья «тайная», помещавшаяся въ домѣ Шварца и состоявшая изъ двухъ станковъ, на которыхъ работали особые мастера-нѣмцы. Здѣсь печатаются, въ небольшомъ количествѣ экземпляровъ, книги, особенно важныя дли братьевъ. Это были, главнымъ образомъ, переводы съ французскаго и нѣмецкаго, сдѣланные самими розенкрейцерами. Корректуру держалъ Лопухинъ и листы, представленные, якобы, въ цензуру сохранялъ у себя. Книги эти раздавались даромъ избраннымъ, въ продажу не поступали, не розданные-же экземпляры тщательно скрывались.

Чрезмѣрные труды и непріятности вскорѣ подорвали здоровье Шварца, и 17 февраля 1784 г. онъ скончался недалеко отъ Москвы въ имѣніи князя Н. И. Трубецкого, гдѣ и похороненъ въ мѣстной церкви, по православному обряду. Что-же заставляло этого удивительнаго человѣка принести всю свою жизнь въ жертву на благо народа, чуждаго ему по крови? Лучшимъ отвѣтомъ на это служатъ слѣдующія слова самого Шварца: «Я сгоралъ желаніемъ выразить благодарность народу столь благородному, столь жаждущему науки». И университетская молодежь боготворила Шварца за его безконечную любовь къ человѣчеству, непреклонную волю и возвышенный характеръ. Отдавъ все свое состояніе на пользу молодежи и филантропическихъ учрежденій, Шварцъ оставилъ свою семью почти безъ средствъ. Но о ней позаботилось «Дружеское Общество». Память о Шварцѣ сохранилась навсегда въ сердцахъ его учениковъ и воспитанниковъ. Читанныя имъ лекціи о трехъ родахъ познаній были въ 1813 г. напечатаны М. И. Невзоровымъ въ его журналѣ «Другъ Юношества». Какъ широко понималъ Шварцъ задачи воспитанія, видно изъ слѣдующихъ его словъ: «для приведенія мыслей юноши въ порядокъ нужно молодыхъ людей упражнять въ наукахъ, музыкѣ, живописи, и занимать ихъ гармоніей природы». Вмѣстѣ съ тѣмъ, онъ обращалъ большое вниманіе на развитіе одновременно религіознаго чувства:

«Науки безъ христіанства во зло и смертный ядъ обращаются». Смерть Шварца была для всѣхъ тяжелою, невознаградимою утратою. Мѣсто его по управленію орденомъ Розенкрейцеровъ въ Россіи занялъ пріѣхавшій изъ Берлина баронъ Шредеръ, ничѣмъ особеннымъ себя не проявившій. Возникшія въ 1786 г., со вступленіемъ на Прусскій престолъ Фридриха Вильгельма, враждебныя отношенія между Россіей и Пруссіей поставили московскихъ Розенкрейцеровъ въ тяжелое положеніе, въ виду ихъ зависимости отъ Вельнера. По приказанію изъ Берлина на орденъ въ Россіи былъ наложенъ силанумъ, т. е. прекращеніе всякой переписки и дѣятельности, а Шредеръ возвратился въ Берлинъ, откуда причинялъ много непріятностей Новикову, въ отместку за противодѣйствіе его корыстнымъ намѣреніямъ. Для возстановленія дѣятельности ордена и для принятія начальствованія надъ Розенкрейцерами, по окончаніи силанума, въ Берлинъ былъ командированъ братьями А. М. Кутузовъ, но онъ погибъ тамъ въ 1790 г. «сдѣлавшись жертвой несчастныхъ обстоятельствъ». Арестъ Новикова и ссылка его сподвижниковъ въ 1792 г. въ свою очередь нанесли тяжелый ударъ Розенкрейцерству. Однако, никакія темныя силы не въ состояніи были сокрушить великихъ идей добра, мира и любви, проводившихся Розенкрейцерами въ жизнь. Пусть Розенкрейцеры не существуютъ, какъ явная организація, но они первые указали человѣчеству путь къ истинѣ. Ихъ трудами были призваны къ жизни всевозможныя просвѣтительныя и филантропическія учрежденія. Ихъ великія идеи рѣютъ среди насъ и воспринимаются достойными.

Сергѣй Протасовъ

Конецъ


Назад к содержанию номера

Оцѣните статью
( 1 оценка, среднее 5 из 5 )
Подѣлиться с друзьями
Журналъ "Изида"
Добавить комментарий

Отправляя данную форму вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности сайта